Фестиваль мира

August 11, 2019

«Симфония мира», «Пробка мира» и «Состав мира» (это был отдельный космос) – три уникальных события, уже ставшие историей. Думала, что мои сториз досматривает только мама, но так много получила откликов: «Круто, как попасть?», «Спасибо за видео!» «Спасибо, хоть немного чувствовать себя причастной к такому событию!» (а вот читайте мои афиши, там все есть, берите заранее билеты и присоединяйтесь) – так что делюсь пережитым в этом огромном тексте, иначе меня просто разорвет от восторга.

 

● Большой театральный перформанс «Симфония мира» в Петербурге на лугу у Русского музея – как погружение в истории, созданные на языке танца и пластики, четыре музыкальных платформы и минималистские пьесы.

 

● «Пробка мира», состоящая из ста ретро-автомобилей на площади Музеона – шедеврально простая и гениальная идея. Арт-кары, автобусы, мотики, маршрутные такси и даже огромные настоящие грузовики – и в каждом (!) транспортном средстве – свой движ – где спектакль, где «баня», где «пляж» с песком и зеленью. Всю «дорогу» шел бесячий дождь, почти во всех машинах уже было занято, так что удалось заскочить только в одну и послушать один спект «Напротив», где водитель рассказывал про свой первый поцелуй с девочкой под шторкой в гостях. По площади гуляли актеры, как из «Стиляг», работал винтажный универмаг «Улица Ленина», выступали перформеры – эта вневременная московская пробка была бы, наверное, еще круче, если бы состоялась прямо на каком-нибудь шоссе, может, в следующий раз так и будет?

 

● Кульминацией фестиваля стал уникальный проект «Состав мира» – литературно-театральный поезд, отправившийся с Ярославского из Москвы в Суздаль. Благодарю себя за то, что сразу взяла билет и не прошляпила такую возможность. Все 13 вагонов большого поезда РЖД были превращены в целые павильоны с безупречными декорациями и полноценными театрально-танцевально-музыкальными программами. 300 пассажиров 4 часа переходили из вагона в вагон и становились не только зрителями, но и участниками действия. 

 

Основная фестивальная тема этого года — «После и до». Для меня так точно этот «Состав» стал точкой, разделивший весь мой театральный опыт и всю насмотренность на две части. Не знаю, как теперь смотреть обычные постановки. Я сразу же где-то потеряла зонт и дар речи. Вспоминаю сейчас, как залетаю в почти отходящий уже состав, получаю розовый браслет на руку – и сразу оказываюсь случайной компанией в «вагоне-ресторане». Выбираем с соседками из меню «Язык Герасима», заказываем чай – кто «Ахматову», кто «Цветаеву», соседнему столику уже несут «Настасью Филипповну под вином или под шубой», а кто-то опрокидывает стопками «Слезы Есенина». Каждое «блюдо» - это отдельный актер или даже несколько, жаль, что не удалось «попробовать» все «меню», особенно впечатлили «Пушка Пушкина», «Вишневый сад (Фирс в подарок)», «Я/Мы Замятин» и «Бизнес-ланч «Три сестры». 

 

Переходим в следующий вагон, садимся в купе, самая обычная тетечка-проводница приносит чай на всех, вдруг залетает весь в земле чувак, пытается отдышаться, трепетно держит в руках цветок: «А до вас пожары не дошли?». В других купе происходили свои истории – да, все не увидишь, не оценишь, но это как и в жизни – всегда что-то пропускаешь. Следующий вагон – и мы в красивом зале, даже не верится, что за окном в это мгновение мелькают поля-леса – живые музыканты играют джаз и время застывает – такие «аудиовизуальные импровизации на тему невольных путешествий Достоевского в Сибирь». 

 

Прихожу в себя в вагоне «Религия», запираемся в купе с мужчинами, спорящими про атеизм, замираю и слушаю, как невидимка, этот высокий и аргументированный спор. «Могу палочек стрельнуть у буддистов. Или другие шаманские приколюхи, ну, это если вы или ваши субличности ведетесь на такое». Даже футболка у парня, затирающего про Иисуса – тематическая, такие детали погружают в происходящее настолько, что я, наконец, выключаю организатора, перестаю чекать как расставлен звук и свет, присматриваться к декорациям и просто отдаюсь этому путешествию с головой. Встречаю Льва Николаевича и слушаю о свободе перемещения, войне, его кутежах и проигрышах, узнаю, что «..в психоанализе поезд во сне – это слепая сила, которая тебя несёт и ты не можешь остановиться, в моем творчестве поезд – тоже генеральная линия». 

 

Остановка. Выходим прийти в себя, перебежать из второго в десятый и здесь погрузиться уже в 40-е годы. В каждом купе своя аудио-история – пока голос зачитывает письма с фронта, рассматриваешь свидетельства тех лет – пачку беломора на столе, старинное платье, газеты, карты, хрустальные туфельки-пепельницы, карнавальные маски, юлу, одеколон (весь рекзивит проекта собирался на помойках Санкт-Петербурга, художник Юрий Селиванов сохранял архивы семейств, которые выбрасывали новые жильцы). 

 

Не успеваешь проглотить ком в горле, как погружаешься в рваные рифмы и ломаные звуки в абсолютно темном вагоне с паутиной на потолке. Соседи по креслу вдруг встают и начинают танцевать в проходе – актеров не отличишь от зрителей, думаю в этот момент, что так хочется, чтобы всё это никогда не заканчивалось! 

 

Еще остановка и после – уже настоящее безумие. Вагон с настоящим гробом, прощание с Львом Николаевичем, купе «Отпевание», «Соблазн», «Общение с духами» и в каждом – своя атмосфера. Если «церковь» – запах ладана, свечи, иконы и «настоящий» батюшка, на сеновале – пахнет настоящим сеном, поют птички, с верхней полки свешивается красавица Аксинья. Крики дамы в черном: «Кто-нибудь его видел?» остаются позади, мы уже бежим через вагон Хармса, чтобы успеть до прибытия послушать в наушниках как «Дождь» передает, что в России исчезли все люди и посмотреть на женщину в погонах, поглощающую «звездочки» со стола. 4 часа пролетели мгновенно, хотя, что удивительно, не для всех – люди всё-таки такие люди с их не особо умными шуточками прямо в лица актерам или комментариями: «Не, ну а нормально тут вообще за 6к стоять в тамбуре?». Мне с попутчиками повезло, сходя на перрон мы то и дело повторяли: «Отвал башки! Космос!». 

 

Прибываем на вокзал во Владимире, нас сразу же забирают автобусы (здесь опять включается внутренний орг – отмечаю, какую гигантскую работу проделали создатели проекта – найти на всё это деньги, согласовать всё и договориться с РЖД, на каждом этапе расставить персонал – дежурных, волонтеров, полицию, включить в билет и трансфер, и обед, и смонтировать оборудование, как вообще?!), едем в Суздаль обедать. Не хватило аудио-сопровождения в автобусе, было бы круто, если бы чей-то голос продолжал поездную литературную тему. Знакомлюсь с театральным критиком и худруком театра Особнякъ (Леонид Краснов, привет!): «Смотри – простор, какой-то странный дом» – и мы поворачиваем именно к нему. 

 

Огромный ангар, обеденные столы с лавками на 300 человек, холод, дождь и мурашки – от церковного мужского хора, поющего где-то в поле только для нас. Возвращаемся назад, в поезде всё уже обычно, привычно и до слез жалко, что волшебство закончилось. Думаю о тех, кто его создавал – эти люди – настоящие герои. Наблюдала как работала команда все эти часы – восхищаюсь. Где-то в толпе, где никто не может ни выйти, ни протиснуться, волонтер восклицает: «Поздравляю с переаншлагом и призываю к человеколюбию!». Вежливые, дружелюбные, «спасибо», «пожалуйста» по рации друг другу даже в напряженные моменты. Люди-герои: Андрей Попов, Слава Дурненков, Jenya Kazarnovskaya, Ольга Коршакова, Павел Семченко и десятки других – вы невероятные!

 

Надпись в ангаре: «Я всем верю» – вчера это было правда так. Это как «та самая идея вечеринки в поезде», придуманная на кухне, только еще масштабнее и, главное – реализованная! Иногда я что-то не успевала осознать в моменте, зато всё прочувствовала, да так, что заревела, дописав этот текст. Фестиваль-путешествие "Человек мира", спасибо, что вы есть! Вы стали одним из лучших проектов этого лета для меня. После такого кажется, что возможно вообще всё. Спасибо за вдохновение.

Share on Facebook
Share on Twitter
Please reload